?

Log in

No account? Create an account
Литературное - Флегматичный циник [entries|archive|friends|userinfo]
olnigami

[ website | My Website ]
[ О журнале | livejournal userinfo ]
[ Предыдущие записи | journal archive ]

Литературное [Mar. 21st, 2014|10:38 pm]
olnigami
[Tags|, ]

Несколько выписок из двух интервью с «Часкора». Просто на память.

Алексей Шепелев http://www.chaskor.ru/article/aleksej_a_shepelev_edinstvennoe_opravdanie_esli_ya_etogo_ne_napishu_takogo_nikto_ne_napishet_34810

<…>Литература, искусство вообще, позволяет делать то, что нельзя сделать, создать, выразить иными средствами. Это не информация (журналистика и компьютерщики), не идеи и идеология (философия и политика), не шоу и не производство, и тем более не деньги и всё связанное с их зарабатыванием. Это всё вместе (даже деньги тут неизбежно задействованы, но как бы «по модулю», вспомним Достоевского), модель жизни, модель мира, его осознание и освоение человеком, отражение в слове, подражание – пардон за ряд банальных определений - в творчестве нашему Творцу. Это как бы единственный взгляд человечества на себя со стороны.

<…>Я три года писал третий роман «Снюсть жрёт брют». Писал плотно, нигде не работал, по 8-9 часов в день (вернее, в ночь) давал стране угля. И я отлично понимаю, как звучит название, а когда его повторяли по телефону работники издательств и журналов, невольная усмешка проскакивала.

<…>А тех, кто говорит, что для них писательство – хобби, я не приемлю. Это профанация. Для меня «хобби» - это всё остальное.

Дмитрий Волчек http://www.chaskor.ru/article/dmitrij_volchek_budushchego_net_istiny_net_vse_dozvoleno_34897

<…>Издавать книги на бумаге все сложнее, а смысла в этом все меньше. Знаете, как Феллини сказал, когда «Джинджер и Фред» шел в пустых залах: «Все мои зрители умерли». Вот тут такая же ситуация, только я утешаю себя тем, что умерли не только мои читатели, но и все прочие тоже.

<…>Вот странная история: три четверти населения России – буйные сумасшедшие, битцевские маньяки, но здесь всюду культ нормальности. Вы ведь были на Франкфуртской ярмарке? Вот европейские стенды: тут Салман Рушди с охраной, там Умберто Эко с мошной, много седых умных лесбиянок. Все понятно. Но подходишь к российскому стенду: обои с березками, а на их фоне мечутся какие-то монстры в пиджаках: с прединсультными рожами, каменными загривками, крепко сжатыми ягодицами. Почему? Доколе?

<…>русские авторы ничего не умеют. Одни «подсолнухи на задворках духа» (так Набоков сказал о советской литературе в 1940 году, но ничего не изменилось). Русским писателям нужно сесть за парту и читать Витткоп. Или Андрея Белого. Или Платонова. Или Добычина. Или шесть томов Эрве Гибера. А как только кто-нибудь захочет что-то написать, из чулана должен выбегать маркиз де Сад и метать дротик. Прямо в загривок.

<…>Ну вот и я веду дневник каждый день, много лет, только не публикую. Пройдут года, и какой-нибудь милый архивный хвощ его издаст и прокомментирует. Но к тому времени читатели уже вымрут окончательно. Восточный ветер будет читать мой дневник лишайникам на могильных плитах.

На днях один из моих френдов, писатель, высказался о состоянии современной русской литературы коротко, изящно и по существу. Но, увы, запись подзамочная, поэтому процитировать не могу.

Кстати, меня тут пригласили прочитать в «Школе культурной журналистики» лекцию о современной русской литературе. Точная дата лекции пока неизвестна, где-то в апреле. Я тогда напишу позже. А пока готовлюсь, в основном морально, потому что, говоря на такую тему, трудно удержаться в рамках приличия.

И ещё из мира литературы и не только. Заметки Александра Иванова, главы издательства Ad Marginem. http://seledkagazeta.ru/index.php?mact=News%2Ccntnt01%2Cdetail%2C0&cntnt01articleid=286&cntnt01origid=15&cntnt01returnid=17

<…>В России очень мало социализма, у нас социальной риторикой заменяют реальный социализм, а политики, которые критикуют Путина за тиранию, вообще в гробу видали социальное поле. Рыжков, Пархоменко, Немцов – для них главная проблема в том, чтобы внутри этого путинского vip-коридора были другие люди.

<…> Русские люди весьма дальнозорки, в отличие от остальных европейцев. То есть они ничего вблизи не видят. И это касается очень многих наших проблем. Настоящие события ведь маленькие. Информационная лента даже может не уловить их в свою сеть.

<…> Празднование гибели Пушкина в 1937-м, превращение Маяковского в главного советского поэта – все это очень мощные идеологические процедуры, которые сделали русскую классику совершенно невыносимой для школьников. Фактически ее умертвили. И вот с этим уже мертвым, нагримированным телом русской литературы сегодня зачастую и приходится иметь дело молодым писателям. Они по инерции начинают говорить на этом языке зомби. Не на языке Толстого, Чехова и Достоевского, а на языке зомби, оживших великих мертвецов, языке, который, конечно, никуда не годится. <…> Это настоящий зомби-дискурс: умер, но потом как-то вроде бы ожил, начал двигаться и при этом жаловаться на то, что умер, и требовать денег, чтобы в этом постмортальном существовании как-то еще прожить, еще немного протянуть.

<…> я думаю, Рильке имел в виду каноническую библейскую ситуацию встречи с Богом, которая довольно травматична. Как, например, может быть травматичной встреча с человеком, который при вас вдруг начинает ссать в лифте. В каком-то смысле это тоже встреча с Богом. Вы заходите в какое-то пространство и вдруг встречаетесь с тем, что этому пространству не свойственно и не присуще. Вы соприкасаетесь с абсолютной границей этого пространства – причем внутри него самого.

<…>Классика, если вы хотите получить самообразование, очень важна – как гамма для музыканта. Это античная литература, философия греческая, латинская поэзия. Это, конечно, Шекспир и немецкая классическая философия. Гуманитарное образование у нас довольно странное, и классические тексты, которые должны быть просто хлебом для гуманитария, здесь читаются очень невнятно и факультативно.
linkReply