?

Log in

No account? Create an account
О реформах - Флегматичный циник [entries|archive|friends|userinfo]
olnigami

[ website | My Website ]
[ О журнале | livejournal userinfo ]
[ Предыдущие записи | journal archive ]

О реформах [Mar. 16th, 2010|01:41 am]
olnigami
[Tags|]

Сегодня у меня во френд-ленте и в яндекс.ленте четыре человека дали ссылку на статью Привалова о новых законодательных веяниях в области управления госсобственностью. Ну вот, я тоже ссылку дал, а теперь напишу текст, который давно собирался написать, о внутренней логике путинских реформ с выделением, как у классика, трех составляющих этих реформ:

1) Технологизация и алгоритмизация процессов. Все процессы разбиваются на перечень последовательных операций, каждая из которых описывается методикой, на каждую сочиняется форма. Человеку, пришедшему в учреждение, надо лишь правильно заполнить форму, расставить галочки, дальше это вводится в базу данных и на основании алгоритма принимается решение. Работа чиновника, по сути, сводится к работе оператора ЭВМ, ему достаточно проверить правильность заполнения формы, соответствие представленных документов перечню, напечатать заключение, отчет, акт или еще какой требуемый документ и оформить его у начальства. Идеальный пример этого подхода - ЕГЭ. Тест, набор вопросов, один вариант ответа, все проверяет компьютер – просто и очевидно. Кроме того, это воспитывает будущих исполнителей. Не надо думать, не надо говорить, надо лишь уметь правильно ставить галочки.

Кроме того, важный момент, система при таком подходе все больше обезличивается. Человек уже имеет дело не с «Марьиванной из ЖЭКа», а с анонимной девушкой из «единого окна», анонимным оператором, вводящим данные по ЕГЭ в компьтер, анонимным принимающим налоговые декларации.

2) Монетизация и регламентация. Если раньше между государством и гражданами еще порой случались какие-то непроприсанные на бумаге взаимоотношения, что-нибудь типа «по просьбам жильцов глава Управы распорядился покрасить стены в доме таком-то», то сейчас все стало строго. На каждый чих должен быть договор, акт, распоряжение о выделении средств, ну и тому подобное. Если раньше ДЕЗ обслуживал наш ЖСК вообще безо всяких на то оснований (ну там был какой-то договор незапамятной давности), а ЖСК спокойно жил без правления, бухгалтерии и горя не знал, то теперь нужен договор управления жилым домом и нужен председатель правления (пусть даже липовый). Или вот, допустим, в 90-е бюджет давал предприятиям деньги, удовлетворяясь в качестве отчета о расходах откровенными «филькиными грамотами», а теперь чуть ли ни на каждый рубль надо писать отчет с приложением финансовых документов. И везде теперь нужно точно прописать сколько денег потребуется на ту или иную операцию, никаких как раньше "а вот там пара ребят придет, сварганит, материалы где-нибудь добудем", нет, теперь только строго рассчитанная смета, согласованная у десяти начальников. Учет и контроль. Правда, злоупотреблений от этого меньше не стало, но зато писанины стало гораздо больше.

3) «уйти, но остаться». Государство за последние годы «приватизировало» целые секторы госсобственности, но сделало это очень своеобразно – сняв с себя ответственность, но оставив за собой контроль. Унитарные предприятия из самых разных областей промышленности (в том числе и оборонные – НПО «Машиностроения», например, делающее спутники, в том числе и для военных) преобразуются в ОАО, но – государство оставляет за собой где 51% акций, а где и все 100, так что предприятие хоть и становится формально частным и лишается госсодержания, само отвечает по своим обязательствам, но при этом – государство решает, кто будет его возглавлять, государство решает вопросы о назначении топ-менеджеров, и наконец – государство помимо налогов берет с этого предприятия дань в виде «дивидендов». Я работал на таком полугосударственном заводе и знаю как это делается: в начале года государство сообщает директору, сколько дивидендов на акцию он должен заплатить (фиксированная сумма, да, и попробуй не выплати), директор напрягает бухгалтерию, та рисует в отчетах прибыль (а это предприятие «в реале» уже много лет убыточное, как и большая часть оборонки), платит с этой прибыли налог, а потом еще и дивиденды. Вот такой получается двойной грабеж, но если в полугосударственых конторах что-то перепадает прочим акционерам, то там где у государства сто процентов, оно забирает все.

И еще один важны момент, связанный с реформами периода путинизма-медведизма – все они осуществляются по принципу «замахнемся по максимуму, ударим как получится». Все реформы начинаются с кардинального, решительного изменения законодательства, затем государство внимательно отслеживает реакцию общества (практически всегда негативную) и начинает потихоньку сдавать назад и снижать степень радикальности реформ. Тем не менее, в результате происходит ликвидация «отдельных перегибов», но бОльшую часть задуманного осуществить государству все же удается, ну а потом, когда накал страстей утихнет, оно потихоньку что-то еще реализует из программы реформ. Хороший пример – монетизация льгот, которая благодаря массовым протестам так и не была реализована полностью. Или, например, жилищная реформа – изначально, при введении в действие Жилищного Кодекса, предполагалось, что все ЖСК будут в течение двух лет преобразованы в ТСЖ, но, естественно, ЖСК этот пункт отчаянно саботировали, так что пришлось дополнительным законом его отменить.

В этих играх государства с обществом крайне наглядно проявляется то, что государство воспринимает общество не как субъект политики, и уж тем более не как равноправного партнера, а как некую среду, объект для реформы... это можно сравнить (приблизительно, конечно) с тем, как дрессировщик относится к тому зверю, которого он дрессирует: во-первых, ему надо минимизировать расходы на содержание, но чтобы зверь при этом не сдох и был бы в состоянии работать, во-вторых, надо зверя научить разнообразным трюками, в-третьих, нельзя зверя слишком уж раздражать, чтобы он не загрыз дрессировщика, в-четвертых, необходима некоторая оглядка на защитников животных, и, по крайней мере внешне, не проявлять в обращении со зверем излишней жестокости (впрочем, в нашем случае дрессировщик внушил зверю ненависть к защитникам животных, так что на их мнение можно обращать еше меньше внимания). При этом ни как не скажешь, что наше государство ненавидит общество или желает его уничтожения (как многие почему-то пишут), на самом деле, государство любит общество, заботится о нем, воспитывает, хочет, чтобы оно было довольным и счастливым, только вот оно не считает общество полноценным и дееспособным.

Ну а в обществе по отношению к государству намечается две основных линии поведения. Самые активные и деловые члены общества стараются по мере возможности избегать контактов с государством, выстраивая свой маленький, альтернативный мирок – с частной медициной, частным образованием, частными спецслужбами и так далее. Ну а «народ».... как ни странно, но хотя «народ» и ругает государство от души, он, похоже, смирился с этими правилами игры, мало того, мне кажется, эти правила в немалой степени и возникли именно потому, что в 90-х и начале нулевых государство убедилось в том, что народ не способен ни на нормальный диалог, ни на самовыражение, ни на принятие самостоятельных решений, народ фактически расписался в собственной недееспособности, и государству пришлось взять над ним опеку. Как ни странно, но похоже путинизм – это самое «народный» строй за всю историю России. Хотя не думаю, что такие взаимоотношения могут длиться долго. Процесс ведь идет в две стороны – государство становится все наглее, а народ становится все злее на него. Так что, боюсь, однажды послушный и довольный зверь вдруг, казалось бы, ни с того, ни с сего возьмет и откусит голову дрессировщику.
linkReply