?

Log in

No account? Create an account
Пелевин и Сорокин - Флегматичный циник [entries|archive|friends|userinfo]
olnigami

[ website | My Website ]
[ О журнале | livejournal userinfo ]
[ Предыдущие записи | journal archive ]

Пелевин и Сорокин [Dec. 14th, 2006|10:04 pm]
olnigami
[Tags|]

Прочитал новые романы двух мэтров отечественной литературы и хочу высказаться:)

Сначала о Пелевине. Многие почитают его за духовного учителя и чуть ли не гуру, хотя он в большей части своих работ занимается обыкновенным ликбезом среди офисного населения, весьма посредственно разбирающегося в тонкостях современной философии и всяких буддистских заморочках. Именно для нас, простых труженников клавиатуры и телефона Пелевин и трудится, старательно переводя сложные построения на язык манагеров и секретарш, для нас придумывет простые, но глубокие притчи, смешные афоризмы и пошловатые шутки. Именно нам он пытается показать, что мир вокруг несколько сложнее, чем мы себе представляем, и пытается объяснить, что же такое творится с нами и прочей Вселенной. Чтобы еще больше привлечь наше внимание, Пелевин помещает свои поучения в максимально актуальный контекст. Идея проста и очевидна – сначала читателю предъявляется знакомая картина реальности, он расслабляется, и тут-то автор, он же учитель, начинает мягко, но настойчиво вывертывать ему мозги в нужном направлении. Такая вот мануальная терапия, только не на позвоночнике, а на сознании.
Но все это было раньше, раньше, в светлые времена «Чапаева и пустоты», «Поколения П». Но с каждой новой книгой чувствуется, как автор все больше и больше устает от своей учебной миссии. Устает и разочаровывается. Никакого исправления мозгов не происходит, самого автора окончательно зачисли в разряд «прикольненких», издательство требует писать быстрее. Надоело автору развлекать великовозрастных офисных детишек, надоело выписывать характеры и сюжет, теперь он уже не заманивает, а сразу переходит к откровенному морализаторству. Миром правят вампиры, правда, питаются они не кровью, а баблосом – сложной производной от людских эмоций, испытываемых при потреблении, гламур и дискурс служат невидимыми решетками, запирающими людей в этой системе, человеческая элита верно служит вампирам, ну а простые люди рады жить в гламурной клетке, пусть за это и приходится платить душою. Вот такая картина повального паразитизма. Все жрут всех, но не до конца, а так, постепенно, чтобы надолго хватило.
Если раньше Пелевин, нарисовав нерадостную картину действительности, пытался хоть как-то вывести своего героя из этой безнадежной круговерти: устроить побег в милые сердцу пески Внутренней Монголии, дать сойти с поезда или растворится в воздухе, то теперь главному герою не остается никакого другого выхода, кроме как сдаться, смириться со своим положением, и ждать, когда наступит конец:
« - И что, по-вашему, будет с дворцом? - спросил я.
- У Бога их много. Когда все комнаты одного из них заселяют мыши, Бог его уничтожает. Точнее, перестает создавать, но это одно и то же. Говорят, это выглядит как свет невероятной силы, который сжигает весь мир.»

Того же света невероятной силы, по всей видимости, ждет и окончательно разочаровавшийся во всем автор.
***
Что же до Сорокина, то он написал несколько непривычную книгу. Раньше его больше занимали стилистические игры, деконструкция всего, до чего только могло докопаться его воспаленное воображение, ну и, конечно, подробное описание мерзостей жизни в стиле маркиза де Сада. С Пелевиным его роднили изрядный цинизм, любовь/ненависть к французским философам, легкость тона и небрежность мысли. Различало же их отношение к описываемому. Сорокин никогда не пытался кого-нибудь чему-нибудь учить, для него писательство было способом ироничного издевательства над действительностью, демонстрацией отстраненной, холодной насмешки всепонимающего интеллектуала, игрой в страдания и страсти. А вот в «Дне опричника» Сорокин несколько отходит от своего обычного стиля, и плавно смещается в сторону Пелевина. Конечно, остаются и насмешливость, и лингвистические упражнения с полублатным языком новой опричнины, и абсурдизм, и столь любезные автору мерзости жизни, но появляется новая, не слышанная ранее от Сорокина интонация. Впервые он высказывается об актуальном состоянии российского общества, причем актуальность и узнаваемость реалий не уступает пелевинской. Такое ощущение, что Сорокин посмотрел на землю с вершины своей башни из слоновой кости, и увиденное ему очень сильно не понравилось. Настолько не понравилось, что он в гневе обрушился на публику, тыча ей в лицо кривое зеркало,
так что при чтении не покидает мысль: «Насколько же плохо идут дела в нашем государстве, если даже циничный деконструктор Сорокин занялся морализаторством?»
Публика, правда, не торопится признавать себя в искаженном изображении, да и обличений от Сорокина принимать никак не хочет. Слишком уж долго он изображал то ярмарочного шута, то небрежно-холодного интеллектуала, так что его новые интонации воспринимаются как очередная модная игра. «Ну вот, популярны в этом годы антиутопии – вот и Сорокин туда же», - пожимает плечами публика. А то, что «День опричника» - это сорокинское «Не могу молчать!», никого не интересует. И точно так же никого не интересует и его пророчество относительно будущего России:
« Последний вопрос. Не задавал я ей его никогда, а сегодня что‑то пробило на него. Настрой серьезный. Собираюсь с духом.
— Ну, чего еще тебе? — смотрит в упор Прасковья.
— Что с Россией будет? Молчит, смотрит внимательно. Жду с трепетом.
— Будет ничего.»


Ни Пелевин, ни Сорокин не оставляют нынешней России ни малейшего шанса. Оба предвидят скорый конец, даже, можно сказать, надеются на скорый конец. Все ныне происходящее для них омерзительно, и никакого выхода они не видят. Да и не только они. Вспомнить Быкова с его «ЖД», где оптимизм финала выглядит откровенно натянутым, Славникову с «2017», где финал остается в принципе открытым, но поставленный стране диагноз никаких шансов на выживание не оставляет.
А впрочем, какая разница, что там пишут столичные пессимисты. Все равно их книги прочтут только лишь немногочисленные интеллектуал, ну, может, Пелевин получит чуть больший резонанс, но массы офисных работников воспринимают его как массовика-затейника, лихого рассказчика анекдотов из современной жизни и сочинителя популярных афоризмов, и не более того. Проблема современной России не в том, что в ней нет настоящих пророков, а в том, что настоящие пророки ей и не нужны. Их не слушают, над ними смеются, их обвиняют в русофобии, пессимизме, самопиаре,..
«Иерусалим, Иерусалим, избивающий пророков и камнями побивающий посланных к тебе! сколько раз хотел Я собрать детей твоих, как птица собирает птенцов своих под крылья, и вы не захотели! Се, оставляется вам дом ваш пуст.» Мф. 23:37-38.
linkReply

Comments:
[User Picture]From: yamory
2006-12-15 12:08 pm (UTC)
Слова истинного литературного критика. Здорово написано. Книжки не читала, так что просто пишу, что высказывания мне понравились. Я тебе уже, по моему говорила, что у тебя здорово получается писать.
(Reply) (Thread)
[User Picture]From: olnigami
2006-12-15 08:43 pm (UTC)
Спасибо, Яна.
(Reply) (Parent) (Thread)
[User Picture]From: ninaofterdingen
2007-09-17 11:27 am (UTC)
Тоже не читала, и тоже понравилось.
(Reply) (Thread)
[User Picture]From: ninaofterdingen
2007-09-17 11:58 am (UTC)
Разве что кстати, знаете, о Пелевине. Кое-что попадалось в свое время. Я была очень изумлена, когда узнала, что кое-кто и в самом деле считает его гуру и духовным учителем. Вот массовик-затейник - это ближе к истине. А Сорокина - нет, не привелось.
(Reply) (Parent) (Thread)
[User Picture]From: olnigami
2007-09-18 05:56 pm (UTC)
Пелевин в роли духовного наставника - это смешно, да. Хотя есть в этом какой-то ироничный абсурдизм как раз в стиле Пелевина. Может, он сам этот слух и распускает?:))
(Reply) (Parent) (Thread)