December 4th, 2010

возле сфинкса, питер

О половине седьмого Гарри Потттера

Самая, на мой взгляд, интересная тема в первой части седьмого фильма поттерианы – это «новый порядок» лорда Воландеморта. Небольшая тайная группа бунтовщиков, состоящая в основном из чокнутых магов и уголовников, берет под контроль магический мир Англии. Внедряет в общество идеологию расового превосходства*, жестоко расправляется с оппозицией, запугивает рядовых граждан магов и устанавливает режим, основанный на терроре и насилии. Понятно, какие ассоциации возникают у европейского зрителя, что называется, все знакомо, все в русле новоевропейских представлений о возникновении и функционировании тоталитарных обществ на примере понятно какой страны. А вот у меня, наверное, оттого, что я в последнее время много читал историю гражданской войны в России, было четкое ощущение, что я смотрю на экранизацию мифа о «Совдепии», сложившегося в ультраправом крыле Белого движения.

Воландеморт – вылитый Ленин или Сталин, какими их изображала белая пропаганда и советский фольклор («А глаза такие добрые-добрые», «Попытка не пытка, правильно я говорю, Лаврентий Палыч?»), и его зловещее шипение такой же знак инфернального происхождения, как ленинская картавость или сталинский кавказский акцент. Амбридж – вылитый Вышинский, а дементоры – те самые бесы, которых многие белые искренне считали помощниками большевиков (ну или же китайцы, которые для белых были чем-то вроде орков – за людей их не считали и в плен никогда не брали). Чоканутая Беатрикс – Троцкий. ну или хотя бы Розалия Землячка, или одна из тех женщин-чекисток, о лютой жестокости которых с содроганием писали в своих воспоминаниях эмигранты. Люциус Малфой и Северус Снейп – спецы из «бвыших», выслужившиеся при новом режиме, но в силу своего происхождения пребывающие в подозрении и унижении. Оборотни и егеря из полутроллей – бывшие уголовники вроде Котовского.

Collapse )