olnigami (olnigami) wrote,
olnigami
olnigami

Categories:

Об Айзеке Азимове

Запись нашего с Игорем Поповым разговора об Айзеке Азимове в цикле передач «Культуротека»
http://nlradio.podfm.ru/kultura/1315/

Как обычно, добавлю кое-что, не вошедшее в передачу. В творчестве Азимова очень любопытны три генеральные идеи, прослеживающиеся и через романы цикла «История будущего», и через отдельные романы.

Первая – то, что сам Азимов называл законами робототехники, хотя, на самом деле, там не в роботах дело. По сути, Азимов пытался популяризовать идеи Витгенштейна, ну и, понятно, всей аналитической философии в целом. Нам дана логическая система из трёх последовательных высказываний (Второй закон базируется на Первом, Третий на Втором и Первом), представляющих собой элементарные предложения, разделяющихся на атомарные факты (робот, человек, действие, вред) и устанавливающих взаимодействие между этими тремя фактами. То есть, по сути, это очень упрощенная система конвенциональных языковых правил, в каком-то смысле Три закона – это язык (способ мышления) производителей роботов и самих роботов. Опять же, всё это очень-очень сильно упрощённо, практически, до уровня младших классов школы.

Далее Азимов показывает, как при действии в реальном мире в этой логически безупречной системе возникают противоречия и как эти противоречия обходятся, либо не обходятся (в рассказе «Лжеце» у робота сгорает мозг). Тут Азимов следует в русле Витгенштейна, отлично понимавшего все ловушки языка и мышления. Вообще, от «Я, робот» остаётся то же самое впечатление, что и от «Логико-философского трактата» - непонятно, как можно принимать хоть какие-то решения со столь несовершенным, сбойным и внутренне противоречивым аппаратом человеческого языка (и, соответственно, мышления). И тут Азимов, опять же, на очень-очень упрощённом уровне выходит на тот же парадокс, что и Витгенштейн: ни на логику, ни на язык, ни на разум полагаться нельзя, и, тем не менее, люди продолжают на них полагаться, и, как ни странно, это работает. Люди живут, действуют, строят цивилизацию, чего-то добиваются. Это примерно так же, как и в технических или естественных науках – мы не понимаем до конца, как устроена Вселенная или почему то или иное лекарство оказывает именно такое действие, но мы видим по результатам, что техника или там лекарство срабатывает в подавляющем большинстве случаев, а потому продолжаем их использовать.

И если уж переходить на метафизический уровень (а в Азимове метафизики куда больше, чем принято полагать), истории о роботах – это истории о том, как в логичное разумное построение вламывается «что-нибудь неожиданное» (как это называл в своём стихотворении Дмитрий Пригов), и от этого разум и логика летят кувырком, но герои всё же ухитряются как-то спасти положение. И тоже благодаря «чему-нибудь неожиданному».

Кстати, а ведь «Ложная слепота» Уоттса во многом – попытка сконструировать язык и разум без внутренних противоречий. Не уверен, насколько это попытка удачна, я вообще не уверен, что в нашей вселенной может существовать что-то подобное, в ней, кажется, есть некий встроенный генератор хаоса, или, как замечательно сформулировал Дуглас Адамс « во вселенной не могут одновременно существовать и Вопрос, и Ответ на него». Впрочем, Уоттс подобрался к решению проблемы настолько близко, насколько возможно, ну и как он прекрасно воспользовался приёмом «что-нибудь неожиданное». Какой-нибудь древний вампир в составе космической экспедиции, например.

Вторая любимая тема Азимова – управление историей посредством тайных обществ и вообще планирование исторических процессов. Причём, что важно, отношение Азимова к этой теме не такое уж и однозначное. В «Конце вечности» тайное общество изображено как группа психически травмированных людей, пытающихся сделать так, чтобы всё в истории шло гладко, тихо, без скачков и напряжений (организация «Вечность», кстати, местами удивительным образом напоминает советское Политбюро, и, насколько я помню, в советской экранизации книги это было заметно). В результате человечество несколько сот тысячелетий проводит в болоте, а потом вымирает. Ну а герой этак по-ницшеански решает, что лучше уж встать против стрел и камней судьбы, пусть даже с риском погубить всё человечество, но получить шанс вырваться из болота. Очень революционная, кстати, книга, и по советским временам, и по нынешним. Хорошо ещё, что в советские времена цензоры увидели в ней «антифашизм» и пропустили к читателю (хотя и вымарали некоторые особо радикальные строки).

А вот в «Основании» как раз наоборот – тайное общество оказывается носителем знаний и строителем новой Империи, причём там ещё и двойное тайное общество – Второе Основание присматривает за Первым и помогает тому восстанавливать Империю. Правда, в последних двух книгах цикла Азимов разочаровался и во Втором Основании, и ещё там тайных влияний на тайные обществ накидал. И добавил «что-нибудь неожиданное» появлением Р. Дэниела Оливо и предложением человечеству слиться в единый разум. При том, что последние два тома цикла «Основания» откровенно неудачны с литературной точки зрения, они важны для понимания вот этой вот двойственности Азимова по отношению к управлению историей. Благие намерения оборачиваются застоем, внутри тайного общества благодетелей человечества начинается грызня за власть и внутренний раскол, так что приходится вмешивать ещё одной сверхтайной, нечеловеческой силе. А с другой стороны, отсутствие такого управления, отсутствие стратегического мышления и постановки масштабных целей, приводит к распаду и гибели множества людей. И вот пойди здесь выбери.

Отсюда плавно переходим к третьему азимовскому пунктику – вопрос о границах человеческого и возможностях изменения человеческой природы. В серии о детективе Р. Дэниеле Оливо («Р.» значит «робот», если кто не читал) Азимов описывает, как за счёт развития робототехники и генной инженерии человеческие колонии впали в гедонизм и отказались от дальнейшей космической экспансии. А на Земле люди и вовсе замкнулись внутри мегаполисов. И новый прорыв стал возможен только после того, как человечество отказалось и от роботов, и от технологий продления жизни. Поэтому в Транторианской империи продолжительность жизни такая же, как у нас сейчас, нет никаких искусственных интеллектов и тому подобного, что мы привыкли видеть в космических цивилизациях будущего по книгам Зинделла, Бэнкса и Симмонса.

Тем удивительнее читать в последней книге цикла «Основание» о едином сверхразуме как новой ступени эволюции. Похоже, и сам Азимов чувствовал уязвимость своей концепции «человек должен оставаться точно таким же, каким был», но и выход тут предлагается радикальный и даже, опять революционный. Не плавный переход от человеческого к сверхчеловеческого через кибернитизацию и генную инженерию, а скачок из одного царства в другое, опять ж, вполне в духе Ницше.
Вот такие вот наброски к разговору об Азимове.
Tags: Книги
Subscribe

  • Дитя погоды

    В праздничный понедельник 4 ноября ходили в кино на новый мультфильм Макото Синкая (кстати, мне кажется, хорошая традиция – отмечать день единства и…

  • Аниме-сериалы

    Пара слов о просмотренных в прошлом году аниме. Подборка бессистемная, потому что я в последние несколько лет аниме смотрю мало, стараюсь смотреть…

  • О цельности натуры

    Любопытно, как меняется отношение в культуре к такому человеческому качеству, как цельность. Вот, например, division___bell пишет о…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments