olnigami (olnigami) wrote,
olnigami
olnigami

Итоги 2015 года. Международное.

Про международные события года я раньше не писал, но в этом году происходившее в других странах привлекало к себе куда больше внимания, чем внутренние дела России, так что пришлось изучить немного и эту тему. Такой интерес к внешнему миру, как мне кажется, вызван сразу целым рядом причин. Во-первых, говорить о внутренних делах становится уже по настоящему опасно, это может привести не просто к ругани в комментах, а к вполне реальному судебному преследованию. Во-вторых, всё, что можно было сказать о нынешнем положении дел в России, высказано ещё в конце 2014-начале 2015 года. Я читал/слушал в этом году много разных выступлений и заметил, что все специалисты повторяют примерно одно и то же. В-третьих, текущее положение России – тяжёлое и в будущем не предвидится ничего хорошего, а говорить о плохом и предсказывать ужасы не самое продуктивное занятие. В-четвёртых, иностранные примеры порой оказываются способом завуалированно указать на те или иные российские проблемы, как это оно всегда бывает, когда становится меньше возможности для прямого откровенного высказывания.

Ладно, ближе к делу. Первым интересным событием уходящего года мне кажется всё то, что происходило в Евросоюзе. Финансовые проблемы Греции, кризис с беженцами, исламский террор, распространения радикальных националистических настроений – всё это вызывало очень много споров, и видно было, насколько сложно европейским властям давалось принятие решений. Вообще, если сильно огрубить, большинство трудностей, с которыми сталкивается ЕС, трудноразрешимы из-за основной слабости ЕС – колебаний между федеративным и конфедеративным устройством. Власти ЕС пытаются взять на себя больше полномочий и навязать своё видение отдельным странам, те, в свою очередь, сопротивляются, и нет такой структуры, которая могла бы выступить для них арбитром. К тому же ситуацию усложняют, во-первых, огромные отличия – экономические, политические, культурные – между разными странами входящими в ЕС. А во-вторых, то обстоятельство, что ЕС как-то плавно и незаметно перетёк от состояния «мы, участники Евросоюза» в состояние «мы, Германия и прочие участники Евросоза».

Это всё выглядит не очень здорово, если учесть, что в своё время схожий набор проблем спровоцировал в США (а это наиболее близкий аналог Евросоюза) войну между Севером и Югом. Войны в ЕС, конечно, не хотелось бы. И вообще, ЕС – настолько редкий (уникальный даже скорее) пример объединения стран не посредством завоевания, а путём экономической интеграции, что очень уж не хочется, чтобы он развалился.

Ещё одна непонятная ситуация сложилась на пространстве бывшей Сирии, да и вообще всего Ближнего Востока. Какое-то невероятно сложное переплетение интересов как нескольких местных сил, так и внешних, поддерживающих разные стороны конфликта (чем-то это напоминают времена войны в Югославии, но там, насколько я помню, расклад всё же был проще). И нет пока даже примерного понимания, как всё же можно если не разрешить конфликт, то хотя бы прекратить военные действия. Насколько я могу судить по обсуждениям в СМИ, дело не обойдётся без перекройки границ и создания новых государств, чего современное мировое сообщество вообще-то очень сильно не любит делать. К тому же дело идёт к тому, что в качестве представителей той большой области, что принадлежит суннитам в Сирии и Ираке, придётся признать каких-нибудь откровенно неприятных граждан. Тех, например, кого в России даже и по имени-то называть нельзя.

Опять же, это никому не нравится, и, опять же, понятно, что таким образом проблема просто откладывается на будущее (не говоря уж о том, что те-кого-нельзя-называть будут и дальше истреблять на своей территории всех, кто им не нравится), но выглядит всё именно так. Тем более, что в истории XX века хватает случаев, когда к власти в разных странах приходили построенные на насилии режимы, не признаваемые «приличными людьми», по крайней мере, официально, при том что неофициально «приличные люди» делали бизнес с этими самым режимами. И не испытывали при этом никаких угрызений совести. А потом, с годами, режимы растрачивали былой фанатизм и становились обычными участниками международных отношений.

Ну и в очередной раз встаёт прОклятый вопрос о допустимости вмешательства великих держав в гражданские войны, идущие в других странах. Как бы мы отнеслись к тому, что в 1918-м, допустим, году британский корпус вошёл бы в Москву и сделал диктатором всея Руси адмирала Колчака, например? Помогло бы это избежать кровавых событий 20-х и 30-х годов или привело бы к столь же мощной волне террора, только с другой стороны идеологического фронта?

Другой давно ожидаемый, но всё равно неприятный поворот – замедление темпов роста китайской экономики. А может, и вовсе остановка роста – что там на самом деле происходит, мало кто понимает. Но, похоже, что Китай исчерпал пределы экстенсивного роста, а как перейти к росту интенсивному не очень-то понимает. И опять же непонятно – то ли Китай погрузится в длительную стагнацию наподобие Японии, то ли попытается трансформироваться по образцу стран Первого мира, то ли свалиться в гражданское противостояние. В любом случае – Китай стал настолько важной частью мировой экономики, что происходящие в нём процессы могут повлиять на всех. Да и в области международной политики у Китая теперь несколько странное положение – он уже стал крупнейшей величиной в Юго-Восточной Азии, активно занимается Африкой, посматривает на Ближний Восток. А если Китай начнёт активно влезать в политические процессы, игнорировать его никак не получится, слишком уж крупная величина. При этом величина не очень понятная, со своими политическими традициями и своими этическими принципами. Короче говоря, в том, что касается Китая, тоже много непонятного и в текущей ситуации, и в будущей.

И last, but not least, решение Верховного суда США о легализации однополых браков на всей территории страны. Решение знаковое для самой Америки, где вопрос об однополых браках стал одной из больных тем общественной дискуссии, причём сразу по нескольким направлениям. Тут и вопрос о разделении юридических полномочий между центром и штатами (ведь несколько штатов прямо запрещали однополые браки на своей территории, и Верховный суд фактически заставил их изменить своё законодательство), тут и противостояние между республиканцами и демократами (есть у меня такое ощущение, что это решение дало немало очков ультраконсервативным республиканцам и немало способствовало неожиданному успеху Дональда Трампа на первых этапах президентской гонки), тут и вечная американская тема о столкновении авторитета Библии и законов человеческих. Неудивительно, что решение было принято Верховным судом с перевесом всего лишь в один голос, и неизвестно, как дальше повернётся ситуация.

Отдельный интерес представляет вопрос о том, с какой быстротой однополые отношения и однополые браки в США перестали считаться чем-то маргинальным (не стоит забывать, что на момент принятия решения Верховного суда однополые браки были разрешены в 35 штатах, и согласно опросам они пользуются поддержкой более половины населения). Процесс этот занял буквально два или три десятилетия, это огромная скорость для общественных процессов. Особенно для США, где правые консерваторы всегда значительным влиянием и в штыки встречали любое серьёзное движение, особенно связанное с моральной сферой.

Впрочем, это большое событие не для одних только США, но для всего мира. Не стоит забывать, что последние два или даже три столетия исторические процессы в немалой степени осуществляются борьбой различных социальных групп за свои права, а зачастую даже не то что за права, а просто за признание своего существования. И точно так же не стоит забывать, что эта борьба зачастую приводит к весьма неожиданным результатам. Кто мог подумать, что простое утверждение «чем является среднее сословие? – ничем – чем оно хочет стать? – чем-то станет одной из причин Великой французской революции со всеми её разнообразными последствиями. К чему приведут изменения в отношении к ЛГБТ, неизвестно. Пока что приводят ко всё большему принципиальному расколу между «левыми» и «правыми» (хотя в нынешней ситуации все эти политические деления XX века – левые, правые, социалисты, фашисты, либералы, консерваторы – выглядят устаревшими и плохо отражают реальность, но других терминов у нас пока что нет), причём как внутри отдельных стран, так и между странами. Похоже на то, что формируется нечто вроде новых неофициальных союзов – объединение про-ЛГБТ стран против объединения анти-ЛГБТ-стран.

Вообще, сама эта ситуация она скорее из серии «будущее пришло и оказалось совсем не таким, каким мы его представляли». Правда, фантасты (тот же Лем, например) предсказывали, что в будущем могут сильно измениться понятия о сексуальной морали, но всё это казалось просто литературным преувеличением, ну или чем-то таким, что случиться когда-нибудь через тысячу лет. А оказалось, что нет. Смещение нормы происходит у нас на глазах, и мы не знаем, как на это реагировать.
Tags: Ворчание
Subscribe

  • О работе

    Тем временем закончилась моя первая рабочая неделя на старом-новом рабочем месте. Уже хочется в отпуск, понятное дело. И спать очень хочется.…

  • Сегодня

    Спал до полудня. Читал книгу Романа Шмаракова «Каллиопа, дерево, Кориск». Делал уборку. Предавался меланхолии. «Каллиопа...» - вещь, конечно,…

  • Фотки и филологи

    Сижу, пишу отчёт с Басткона. Смотрю нащёлканные в процессе фотки. Как всегда. Когда снимал, казалось, что зафиксировал каждое событие, а сейчас…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 17 comments

  • О работе

    Тем временем закончилась моя первая рабочая неделя на старом-новом рабочем месте. Уже хочется в отпуск, понятное дело. И спать очень хочется.…

  • Сегодня

    Спал до полудня. Читал книгу Романа Шмаракова «Каллиопа, дерево, Кориск». Делал уборку. Предавался меланхолии. «Каллиопа...» - вещь, конечно,…

  • Фотки и филологи

    Сижу, пишу отчёт с Басткона. Смотрю нащёлканные в процессе фотки. Как всегда. Когда снимал, казалось, что зафиксировал каждое событие, а сейчас…