?

Log in

No account? Create an account
Про сонное состояние и Шкловского - Флегматичный циник [entries|archive|friends|userinfo]
olnigami

[ website | My Website ]
[ О журнале | livejournal userinfo ]
[ Предыдущие записи | journal archive ]

Про сонное состояние и Шкловского [Feb. 12th, 2018|02:57 am]
olnigami
[Tags|, ]

Последнюю неделю, с тех самых пор, как Москву завалило снегом, сидел дома. Чувствовал себя как-то странно… не то чтобы плохо, скорее вяло и очень-очень сонно. То ли это простуда такая, то ли погода действует, то ли аллергия на снег, то ли авитаминоз пополам с астеническим синдромом. Выходил только до магазина, но и этого хватило, чтобы оценить непроходимость пешеходных тротуаров и сузившуюся проезжую часть. А ещё поваленные под тяжестью снега деревья и машины, превратившиеся в огромные сугробы,… кстати, хороший фон для литературного произведения, тут можно многое нарыть и в части описания пейзажа, и переживаний людей, угодивших в природный катаклизм, и уязвимости цивилизации перед стихией… да и потом, зимний городской пейзаж очень красив, такой специфической страшной красотой… Можно было бы что-нибудь такое джеклондоновское сочинить, о мужестве и формировании характера в борьбе со снегом, или что-нибудь в духе «Террора» Дэна Симмонса о приходящем из снежной пустыни чудовище, можно, в конце концов, попытаться изобразить сумрачный псевдоскандинавский детектив… снег даёт столько возможностей для воображения…

Все эти дни в свободное от работы время я в основном спал (почему-то прям очень хочется спать, прям вот как выгляну в окно и увижу, что там творится, так веки сами собой смыкаются), и ещё немного читал. В частности, прочитал сборник «Самое Шкловское». Узнал оттуда ответ на давно мучающий меня вопрос – как же Шкловскому с его биографией удалось пережить 30-е годы. Оказалось, что он всё это время крепко спал. Ну, не всё время, конечно. Приходилось ещё работать, но на каких-то не особо заметных мелких работах, при этом Шкловский как можно меньше писать и как можно больше спать. Мне (наверное, по причине моего собственного состояния) показалось, что это хороший способ проживания особо дрянной общественной и культурной обстановки. Будь умным, как Шкловский: если видишь, что наступила зима, залегай в спячку. А проснулся Шкловский только в 60-е, причём сразу проснулся литературным авторитетом просто в силу своего знакомства практически со всеми известными деятелями Серебряного века.

Хотя ирония тут, пожалуй, не уместна. Это ведь то ещё пробуждение получается на самом деле. Двадцать с лишним лет прошло. Эпоха сменилась. А потом ещё и те сны, что снились в том «страшном сне», о том, что ты хоронишь одного за другим всех своих друзей, оказывается, были вовсе и не сны. Стало как-то понятнее, почему в послевоенной публицистике и в мемуарах Шкловского так путаются мысли, фразы и события, почему он пишет как будто спросонья, как будто в лёгком помутнении сознания. Как человек, который и сам не знает, стоит ли ему просыпаться… Силящийся вспомнить те события, что происходили до сна. И не совсем понимающий, было ли то, что он припоминает, на самом деле, или это искажённые образы из сновидений, или что-то там было, но потом во снах обрело другие смыслы и формы.
Интересно, что и другой литературный долгожитель – Валентин Катаев – тоже как будто прожил несколько десятилетий между «бурными двадцатыми» и оттепельными шестидесятыми как будто во сне, а потом проснулся и написал «Алмазный мой венец», из-за которого всусмерть рассорился с тем же самым Шкловским. Впрочем, он и в состоянии полусна написал несколько очень даже неплохих вещей, в отличие от Шкловского.

Что касается книги «Самое Шкловское», то она по своему удачно подобрана и хорошо отражает творчество Шкловского. В книгу намешаны отдельные эпизоды из ранней и поздней публицистики Шкловского, сюда же добавлено несколько его писем, написанных в пожилом возрасте. Тесты намерено даны именно отрывками, как, собственно, и сам Шкловский писал: постоянно перепрыгивая с темы на темы, то и дело уходя мыслью в разные стороны, несколько раз повторяя одни и те же тезисы в разных формулировках, с разными примерами и применительно к разным обстоятельствам. Я как-то пытался прочесть целиком литературоведческую работу Шкловского о Льве Толстом, но так и не осилил. Очень уж тяжело даётся чтения в таком размазанном стиле, без предварительного плана, без структуры, по принципу «что в голову пришло, то и записал». В художественных произведениях и мемуарах это смотрится вполне уместно, а в научных – совсем никак.

В сборник, кстати, не включено ничего из художественных вещей Шкловского, только публицистика, и это, пожалуй, верно. Всё-таки в художественных произведениях больше цельности, их вот так вот на цитаты не раздёргаешь, а потом все они издавались, а вот публицистика не так известна и отдельными книгами выходила незнамо когда (в предисловии написано, что в переводах Шкловского издано гораздо больше, чем на русском, и это понятно, там-то Шкловский – один из отцов-основателей нового подхода к литературоведению, а у нас – странноватый полуфрик, известный разве что своими воспоминаниями о Маяковском и Есенине).
linkReply

Comments:
[User Picture]From: razbol
2018-02-27 09:18 pm (UTC)
Что касается Шкловского и "характера" его письма, то Вы, судя по всему, не в курсе, что это результат его болезни.
(Reply) (Thread)
[User Picture]From: olnigami
2018-02-28 10:18 pm (UTC)
Нет, про болезнь не знал. Мне казалось, что это такая сознательная манера изложения мыслей.
(Reply) (Parent) (Thread)