olnigami (olnigami) wrote,
olnigami
olnigami

Category:

Новости общественного устройства

Пожалуй, самый интересный момент, который я отметил для себя во время прошедшей выборной компании, – массовое и разнообразное использование во время неё так называемых «бюджетников». И на агитации их гоняли, и на сами выборы, и на митинг в Лужниках, и на митинг после выборов. Понятно, что ничего нового в этом нет, но на предыдущих выборах, насколько я помню, таких масштабов и такой откровенности не наблюдалось (тут, правда, можно возразить, что тогда не были так развиты интернет-медиа, а потому не было возможности так открыто о происходящем рассказать, и это тоже верно). Кроме того, стало видно, насколько за последние годы расширились ряды «бюджетников», это уже не только привычные пенсионеры-врачи-учителя-солдаты, но и сотрудники казённых учреждений, и даже государственных предприятий. Мало того, к той же категории оказались приписаны и те, кто связан тем или иным образом с бюджетными учреждениям, как, например, родители школьников или родственники сотрудников.

Как мне кажется (подчёркиваю, это просто впечатление, не подкреплённое каким-либо исследованием), мы видим, как произошло формирование социальной страты «бюджетники» и, что не менее важно, общественного консенсуса о том, каким образом можно его использовать. Оказалось, что «бюджетники» способны обеспечивать очень серьёзную общественную мобилизацию, причём за довольно скромные деньги, по принципу «добровольно и с песней», как в старом советском анекдоте.

Понятно, что президентские выборы – ситуация экстраординарная, на неё были брошены все силы (что и приводило к разным забавным и не очень эксцессам). Но и в текущих процессах использование «бюджетников» и для общественной мобилизации, и просто для решения текущих задач становится делом всё более обыденным. Так, во время муниципальных выборов в Москве директора школ просили учителей (вежливо просили, естественно) поспособствовать выборам нужного кандидата, поагитировать родителей и напрямую, и через учеников. Ну или ещё более замечательная история, которую мне довелось услышать: после большого снегопада в Москве сотрудников одного бюджетного учреждения ночью (!) собрали, отвезли в другой район, раздали им лопаты и попросили (вежливо попросили, естественно) убрать снег с улиц. Логично предположить, что и дальше разнообразное использование вежливо-принудительного труда будет продолжаться. Тем более что на носу мэрские выборы в Москве, и к ним уже готовятся, в том числе и с использованием «бюджетников».

Таким образом, у нас уже практически сформировалась практика использования некоей общности людей (тут можно поспорить о терминах, сразу скажу, что популярное с лёгкой руки Симона Кордонского «сословие» мне как-то не очень нравится), которым вменяется некий набор обязанностей просто в силу их зависимого положения от другой общности людей. То есть, у нас так постепенно и невзначай проявляется своего рода «крепостное право 3.0» (если вспомнить старую советскую шутку о том, как расшифровывается аббревиатура ВКП(б)). И точно так же как и при предыдущих версиях, мы сталкиваемся с неприязненным отношением «подъярёмных» к сложившейся социальной реальностью. Сколько я ни слышал рассказов о том, кого, куда и зачем погнали, никто ни проявлял по этому поводу ни капли энтузиазма. Или вот я сам наблюдал за тем, с каким искажённым лицом, с каким нескрываемым омерзением у нас в подъезде какая-то женщина раздавала приглашения на выборы. И очень странно смотрелось – вот вроде бы значок, плакатик, магнитик, всё вроде бы так замечательно и прогрессивно, и при этом такое использование архаичных, казалось бы, ушедших в прошлое социальных практик.

С другой стороны, сами «подневольные» люди почти и не сопротивляются принуждению, разве что поворчат в соцсетях и пожалуются друг дружке, и их вполне можно понять. И да, рассуждения честных и смелых людей о том, что надо подавать иски в суды, бороться, восставать и сопротивляться, весь этот классический упор на «мышки, станьте ёжиками» - дико раздражают. Почитав и послушав гордых и смелых, начинаю понимать, почему крестьяне в своё время агитаторов-народников били смертным боем и сдавали в полицию.

И ещё насчёт популярного ныне сравнения нынешней ситуации с позднесоветской, когда так же использовали «общественность» на всевозможных мероприятиях – митингах, шествиях, тех же выборах. Так же… да не так же! Тут как раз и проявляется тонкое различие между перезрелым тоталитаризмом и недозрелым авторитаризмом в нашем местном изводе. В советские времена такого рода активность регулировалось специальными институтами, пронизывающими всё общество (среди них основную роль играла КПСС, вспомогательную – комсомол, пионерская организация и профсоюзы). Существовал более-менее чётко прописанный круг полномочий и обязанностей участников, а также набор обязательных ритуалов и не столь обязательных. А в случае каких-либо эксцессов возможно была апеллировать к вышестоящему начальству или же к параллельным надзорным структурам (хотя, понятно, что это тоже было и не всегда, и не у всех, да и зачастую грозило серьёзными неприятностями для жалующегося). Сейчас же все такого рода «отношения» нигде не прописаны и не кодифицированы, выполняются по устной договоренности (причём зачастую ещё и выраженной максимально размыто), соответственно, открывается и немалый простор для злоупотреблений. Ну и возможность для жалоб тоже не очень-то велика, если нет письменных распоряжений, получается «слово против слова», и очевидно, слово «бюджетника» весит куда меньше, чем слово начальника. Можно, конечно, излить душу в соцсети, но и там есть риск получить втык либо от начальства (которое ныне очень любит френдить подчинённых и читать их странички), либо от ольгинских ботов (вообще, надо признать, что наш нынешний политический режим научился очень эффективно противостоять свободе высказывания в сети, и дальше эта эффективность будет нарастать).

Впрочем, если уж чему нас и научила история, так это тому, что принудительный труд малоэффективен, поэтому рано или поздно от него приходится отказываться и переходить к другим формам общественной организации. Так что, «и это пройдёт», неизвестно, правда, когда именно и с какими последствиями, но пройдёт, никуда не денется.
Tags: Ворчание
Subscribe

  • Евровидение и вышиванки

    Судя по моей фейсбучной ленте, на прошедшей неделе как обычно в это время года пробудились эксперты по Евровидению, а к ним ещё и подтянулись…

  • О будущем

    В продолжение записей о текущем положении дел и последствиях. Понятно, что рассуждать о будущем сейчас затруднительно, слишком много неизвестных…

  • Хроники текущего момента

    Запишу себе для памяти, чтобы перечитывать потом в мирное время, если оно когда-нибудь настанет. В Москве всё также длится и длится режим…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 18 comments

  • Евровидение и вышиванки

    Судя по моей фейсбучной ленте, на прошедшей неделе как обычно в это время года пробудились эксперты по Евровидению, а к ним ещё и подтянулись…

  • О будущем

    В продолжение записей о текущем положении дел и последствиях. Понятно, что рассуждать о будущем сейчас затруднительно, слишком много неизвестных…

  • Хроники текущего момента

    Запишу себе для памяти, чтобы перечитывать потом в мирное время, если оно когда-нибудь настанет. В Москве всё также длится и длится режим…