olnigami (olnigami) wrote,
olnigami
olnigami

Category:

Заметки на полях «Дон Кихота»

Несколько недель назад мы с Игорем Поповым (в ЖЖ esdra) на радио «Теос» говорили о Сервантесе и «Дон Кихоте». По такому случаю я перечитал сие монументальное произведение, и у меня по ходу прочтения возникло несколько мыслей, которые потом в передачу не попали (что понятно – разговор о такой книге и таком авторе в 50 минут никак не уложится), так что я решал записать их отдельно.

Итак, что меня зацепило при прочтении романа:

1. Внезапно обнаружилось, что текст заметно отличается от того, что я читал в детстве. По всей видимости, мне тогда встретился один из кратких пересказов (книгу я брал в библиотеке, и не помню, что это было за издание) – без вставных новелл, побочных сюжетных линий и всякого отвратного трэша в стиле Владимира Сорокина, особенно заметного в первой книге. По всей видимости, такие вставки предназначались для создания комедийного эффекта, и, если верить рассказам о читательской реакции современников Сервантеса, цели своей достигали, сейчас они выглядят скорее нелепыми и раздражающими, по крайней мере, мне так показалось.

2. У человека моего поколения история Дон Кихота неизбежно должна вызывать ассоциации с ранним ролевым движением конца 80-х - начала 90-х годов. Чувак, начитавшийся фэнтези (современного извода рыцарского романа), вообразивший себя рыцарем и напяливший на себя нелепые как бы доспехи, – тогда это было нормальным явлением; толкинисты свободно тусовались в общественных местах, по крайней мере, в Москве, и полагаю, у каждого тогда был как минимум один знакомый эльф или гном среди одноклассников или однокурсников. Правда, в те годы ролёвками до такой степени серьёзности увлекались в основном молодые люди, отнюдь не такого возраста, как Дон Кихот. А вот сейчас, когда годы прошли, оказалось, что кое-кто из тех молодых так и остался рыцарствовать, разве что доспехи стали серьёзнее, и называют себя нынешние не «толкинистами», а «реконструкторами», но если так посмотреть – а велика ли разница? Ну и тусовки стали гораздо более закрытыми, только для своих, но всё равно при желании увидеть современных Дон Кихотов вполне реально.

И что касается того трэша и угара, которые описывает Сервантес, я хорошо помню отчёты с «хоббитских игрищ» и разные случаи из жизни, которыми в своё время делились на сайтах и форумах ролевиков, со всеми принятыми в той среде пьянками-гулянками, драками и пуганием «цивилов» - вполне соответствует тому, что случалось с Дон Кихотом и Санчо Пансой. А ещё стоить вспомнить легендарных питерских грибных эльфов и их «подвиги», описанные в «Сказках тёмного леса», который, пожалуй, ещё больше похоже на Сервантеса, и, кстати, «Сказки» тоже написаны в псевдодокументальной манере, а степень их художественности в своё время вызвала дискуссию в Интернете (см. соответствующую страницу на Лукморе).

3. В процессе чтения всё никак не мог избавиться от ощущения, что история Дон Кихота – это такой длинный изощрённый перфоманс в стиле художников второй половины XX века c переодеванием и отыгрыванием роли длиною в жизнь, как у Мамышева-Монро, напримеры. С диковинными эскападами, ведущими к травмам как для самого художника, так и для участников перфоманса – Дон Кихот в первом томе серьёзно избивает нескольких человек и сам в ответ отгребает так, что потом встать не может, но это его не останавливает. Чем не Бреннер с его знаменитой акцией «Первая перчатка», да и многими другими, или, если брать, ближе к нашему времени, Пётр Павленский, который с одинаковый лёгкостью занимается членовредительством и по отношению к самому себе, и по отношению к другим людям. Кстати, вот кто из современной российской культуры, пожалуй, ближе всего к Дон Кихоту, каким он показан в первом томе романа, так это Павленский. Если смотреть на Дон Кихота как на художника, то возникает всё тот же давний вопрос о грани между художественным талантом и безумием, о том, что творчество, связанное с выходом за пределы обыденного, неизбежно коррелируется с определённым сдвигом в разуме, «ненормальностью» в глазах обычных граждан.

При таком подходе совсем по-другому выглядит сюжетная линия из второго тома, связанная с герцогом, заманившим Дон Кихота и Санчо Панса к себе в гости и превратившим свой двор в декорацию к рыцарскому роману. Получается, что герцог не издевается над ними ради собственного удовольствия, нет, он единственный, кто смог по достоинству оценить роль, взятую на себя Рыцарем Печального Образа. Герцог становится своего рода благородным меценатом-ценителем искусства, создавшим для Дон Кихота огромную сцену, соответствующую масштабам дарования и фантазии художника. Мало того, герцог создаёт отдельную сцену и для Санчо Панса, признав и за ним, обычным крестьянином, право на свой перфоманс, прямо в духе известного высказывания про то, что «каждый имеет право на свои 15 минут славы».

Замечу в сторону, что это тоже интересный момент – как Санчо Панса, бывший в первом томе не более чем статистом, отражающим свет главной звезды шоу, во втором томе становится относительно самостоятельной фигурой, начинает играть свою роль и сам проявляет творческие способности, можно сказать, становится таким же художником, как и Дон Кихот. Получается, что Сервантес таким образом показывает «заразность» фантазии, то, как способность жить в мире мечтаний переходит от учителя к ученику.

И немаловажно то, что если Дон Кихот в финале умирает, то Санчо Панса остаётся жить, и если так посмотреть, то эта история оказывается для Санчо своего рода романом воспитания. Таким, конечно, весьма своеобразным, учитывая, что на момент начала повествования он уже далёко не юноша, но до начала путешествия Санчо жил бездумно и бесцельно, можно сказать, инфантильно, а путешествие с Дон Кихотом помогает ему познать самого себя. Понять свои истинные стремления, свои подлинные возможности, стать чем-то большим, чем он был в начале истории, проникнуться идеями и стремлениями своего хозяина и учителя, стать в чём-то на него похожим, но при этом сохранить свою уникальность. Да, «Дон Кихот» это ведь ещё и роман о наставнике и ученике, и о том, как способность воображать передаётся от одного к другому, а вместе с ней и насмешки окружающих, и колотушки… но одновременно и слава, вспомнят одного, вспомнят и другого, и во втором томе Санчо столь же известная личность, как и Дон Кихот. Хотя слава эта отдаёт излишней скандальностью, но, как скажет любой современный медийный персонаж, слава есть слава, неважно, как она достаётся.

А вот о чём интересно было бы прочесть продолжение, так это о том, что же Санчо будет делать после смерти своего господина. Сможет ли он вернуться к прежней жизни и забыть то, чему научился? Вряд ли. Ног что ему даст полученный опыт? Неужели Санчо ограничится только тем, что будет рассказывать своим односельчанам и всем, кто пожелает его выслушать, о подвигах благородного рыцаря Печального Образа? Хотя, может, и это не так уж мало, сколько мы знаем людей, которые добились известности за счёт того, что рассказывали о своём знакомстве с выдающимся человеком или, допустим, составляли его биографию и анализировали труды, или работали с его архивами и время от времени издавали очередную порцию из отрывков и неизвестных рукописей (см. Кристофер Толкин).

А вот если с другой стороны посмотреть: может ли Санчо жить новой жизнью в отсутствие Дон Кихота? Ведь они образуют нерасторжимую пару, по всем параметрам: худой-толстый, возвышенный-приземлённый… И если считать, что последние главы второй части романа – история о том, «как в мясной избушке помирала душа», то получается, что дальше остаётся одно тело – растерянное, ошеломлённое, и уже ни на что не способное, кроме как вернуться к своей прежней жизни. К крестьянскому труду, к семейным заботам. И выбросить из головы рыцарей, прекрасных дам, подвиги, и может только иногда после тяжёлого трудового дня вспомнить, что вот было же что-то такое… худой нескладный всадник с копьём, ветряные мельницы, короткое и бесславное губернаторство… А были ли оно на самом деле? Или это просто сон? Или он случайно услышал от кого-нибудь из знакомцев, что вот есть такая книжка про безумного идальго, вообразившего себя рыцарем, а оруженосца его зовут Санчо Панса, прям как тебя, вот умора.
Tags: Книги
Subscribe

  • Ярославские диковины, часть 3

    Ещё немного впечатлений от поездки в Ярославль, связанных с местными, скажем так, необычностями. Рядом с отелем, где мы жили, стоит колесо…

  • Ярославские диковины, часть 2

    Продолжаю свой рассказ о чудесах и диковинах города Ярославля. В предыдущем очерке я удачно вспомнил «Город Зеро» Шахназорова, потому что буквально…

  • Ярославские диковины, ч. 1

    Свой день рождения в этом году (а в последнее время праздники прилетают с такой скоростью, что, кажется, только вот лёг спать после новогодней ночи,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 10 comments

  • Ярославские диковины, часть 3

    Ещё немного впечатлений от поездки в Ярославль, связанных с местными, скажем так, необычностями. Рядом с отелем, где мы жили, стоит колесо…

  • Ярославские диковины, часть 2

    Продолжаю свой рассказ о чудесах и диковинах города Ярославля. В предыдущем очерке я удачно вспомнил «Город Зеро» Шахназорова, потому что буквально…

  • Ярославские диковины, ч. 1

    Свой день рождения в этом году (а в последнее время праздники прилетают с такой скоростью, что, кажется, только вот лёг спать после новогодней ночи,…