?

Log in

No account? Create an account
Флегматичный циник [entries|archive|friends|userinfo]
olnigami

[ website | My Website ]
[ О журнале | livejournal userinfo ]
[ Предыдущие записи | journal archive ]

Умирающее предприятие [Oct. 27th, 2007|01:30 am]
olnigami
[Tags|, ]

Из небольшого постинга о текущем состоянии дел вышло исследование на многа букф о том, как умирает некогда мощное предприятие ВПК. Предупреждаю, чтение не слишком веселое, впрочем, смерть всегда невеселая тема, человек ли умирает или социальный организм.

Сегодня пил чай в соседней комнате, с интересом слушал, что творится на предприятии. В принципе, ничего необычного, все это повторяется регулярно, только вот с каждым разом все хуже и хуже. Итак, у предприятия как всегда неожиданно закончились деньги (по видимости, на цыган все спустили), для того, чтобы их получить, надо сдать продукцию, поэтому генеральный давит на начальников отделов, а те давят на инженеров, чтобы быстрее работали. При этом зарплату за сентябрь еще не платили, и когда заплатят, неизвестно, потому что сроки поставки все равно сорвутся (их просто физически невозможно соблюсти), а значит и денег не будет. К тому же есть серьезные подозрения, что директор опять попытается перевести работников на «трехдневку», в здешнем исполнении это когда люди работают пять дней в неделю, а получают только за три (до сих пор такие попытки не проходили, потому что работники еще не совсем растеряли чувство собственного достоинства, но генеральный не успокаивается). Опять со всех требуют планы, отчеты по планам, и уже не раз в месяц, как раньше, а раз в две недели. Генеральный каждый день устраивает разносы начальникам и время от времени вызывает на личную беседу исполнителей (пока еще на «скорой» никого не увозили, но все еще впереди).
К тому же генеральный отправил одного из своих замов, эффективного менеджера, «навести порядок» в цеха. Зам начал грузить работяг планами, отчетами, графиками выполнения работ, а это ж ведь простые люди, они кроме ведомости по зарплате других бумаг не признают, а потому сильно нервничают. А на этой неделе эффективный менеджер решил создать систему регистрации ошибок на производстве, по полной программе с журналами, индивидуальными карточками и отстранением после 3-х ошибок от производства. А в цехах работает человек тридцать, на отдельных участках осталось по одному человеку, и у всех работы выше крыши, да еще и теперь добавились планы с отчетами, да еще и регистрация ошибок. В общем, на этой неделе уже двое цеховых взяли больничные, двое – отпуска.

***

Я пил чай, слушал про эти «ужасы нашего городка», думал о всяком. Например, о том, что как же здорово, что я четрые года назад свалил из этого бардака. Не то чтобы нынешняя работа мне сильно нравилась, но ту я уже просто не мог выдерживать. А ведь тогда было гораздо легче, катавасия с планами еще только начиналась, начальство так сильно не давило, да и народ еще не дошел до такой степени отчаяния. В той обстановке, что сейчас, я бы и недели не продержался. А они – ничего, приспособились. Все-таки страшная штука – естественный отбор. Потому что это слепой механизм, развивающий те черты, которые способствуют лучшей адаптации к окружающей среде. Так и здесь, на предприятии – те, кто не смог приспособиться, либо уволились, либо умерли. Хотя, с другой стороны, трудно назвать это успехом естественного отбора, потому что оставшиеся на предприятии не способны к «размножению», в том смысле, что наследников у них нет. Молодежь здесь просто не задерживается. Редко кто остается больше чем на два-три года, а те, что остаются, дальше уровня «принеси-подай-выйди вон» не поднимаются.
Если же говорить о том, какими становятся люди под таким давлением среды, то вот несколько основных характеристик.
1) Виктимность. В работе – в первую очередь. Есть несколько людей, которые ведут себя так, что на них боятся давить, в основном, это те, у кого есть дополнительный заработок, который дает им чувство независимости, либо кто абсолютно уверен в своей способности найти другую работу. Остальные могут негодовать, могут капризничать, могут орать, но начальник знает, что они все равно сделают работу, нравится она им или нет, они знают, что он знает, короче, всем все понятно. И вечная тема «Да, я бы уволился, да только куда мне пойти? Кому я нужен?» В принципе, не сказать, чтоб это было совсем уж несправедливо, все таки в 50-80 лет найти работу в Москве не так-то просто, особенно если человек боится снижения своего «статуса», ведущему инженеру или начальнику отдела не хочется становится курьером, нянькой или продавщицей. Но все же, как я заметил, мысли о переходе другой работе блокируются не столько рациональным рассуждением, сколько иррациональными страхами.
Чувство виктимности распространяется не только на работу, но и на все стороны социальной жизни. О чем бы ни зашла речь: рост цен, транспорт, медицина, жилье – все время один и тот же набор фраз «кругом одни обманщики», «в страшное время мы живем», «все прогнило», «и ведь ничего с этим не поделаешь», «все будет только хуже». Уж на что я пессимист, но такое уныние раздражает даже меня.
2) Нулевая способность к самостоятельной социальной организации. Никаких забастовок, никаких даже просто собраний, кроме, конечно, по праздникам, да и то уже без особой охоты, скорее по привычке. Собственно, это уже даже не коллектив, это несколько мелких групп, связанных должностными отношениями. Причем с каждым годом эти отношения все больше формализуются. Когда-то давно представитель одного отдела мог зайти в другой отдел и попросить сделать какую-то работу по наброску служебной записки за его подписью, и это прокатывало, потом он уже мог зайти и попросить выполнить работу только туда, где его хорошо знали. Пока на предприятии было достаточно много старых кадров, это работало. Но постепенно сеть неформальных связей распадалась, старые кадры увольнялись/умирали, а новые в эту сеть вписывались плохо. Плюс, конечно, начало сказываться то обстоятельство, что структура предприятия была рассчитана на совсем другое количество работающих, и после сокращения численности в начале 90-х возникла не очень приятная ситуация, когда начальство и технических специалистов было много, а вот специалистов среднего звена осталось мало. И бывает, что на одного исполнителя приходится по два-три начальника, и каждый требует отчета о проделанной работе, и каждый ставит свои задачи, и друг с другом они контактировать не могут, потому что они же принадлежат к одному уровню, а потому общаться могут только через подчиненного. Ну а после того, как на предприятии появилось строгое планирование и отчетность, дело пошло еще веселее, потому что отделы, занялись перепихиванием работы друг на друга, на смену личным контактам пришли записки, ответы на записки, ответы на ответы, долгие совещания, жалобы генеральному. Потом начали разваливаться отделы, война перекинулась на сектора, а сейчас и секторов даже как таковых нет. То есть на бумаге они есть, а на деле каждый сам за себя и каждый воюет со всеми прочими. Но это, конечно, только по работе, личное и рабочее здесь принято строго отделять друг от друга. Точнее, раньше было принято. Сейчас рабочая ненависть начинает портить и личные отношения, и смотреть на это очень неприятно.
3) Отсутствие интереса к окружающему миру. Такое ощущение, что предприятие замариновали где-то в конце 80-х. Люди редко интересуются новыми книгами, никто не ходит ни в кино, ни тем более в театры, ну за очень редкими исключениями. культурный багаж, по существу, советский – старые фильмы, музыка 70-80-х, Ильф с Петровым, в общем, сознанием люди пребывают все еще там, в брежневской эпохе. От нынешней России ничего хорошего не ждут и просто стараются о ней не думать. Она для них – где-то там, в параллельном мире, с которым они почти не контактируют.
Кстати, информация к размышлению. На прошлых выборах в Думу работники разделились следующим образом: все начальство дисциплинировано проголосовало за «Единую Россию», а простой народ – половина на выборы вообще не пошла, другая половина – исключительно за «Родину».
4) Разделение на «мы» и «они, власти». На предприятии это любимая тема, Есть страшные «они», которые ничего не знают, ничего не умеют, думаю только как украсть и как посильнее напакостить нижестоящим. Сильнее всего, конечно, ненавидят генерального, но сказать ему что-то вслух, само собой, никто не решается. Вообще, ненависть к начальству ограничивается одними только разговорами.
Начальство, судя по его действиям, крайне слабо представляет, что же на самом деле происходит на предприятии. Причем оно вполне искренне пытается исправить ситуацию, но только ухудшает ее. Собственно, затея с планами и отчетам, вполне разумная по замыслу, выросла в такую головную боль как раз именно потому, что начальство считает существующую структуру управления адекватной, просто недостаточно организованной и формализованной. На самом деле, вполне очевидно, что структура устарела и ее надо очень серьезно менять: укрупнять отделы, ликвидировать лишние штатные начальственные единицы (а это, конечно, сложнее всего, потому что тогда придется начальников секторов, а может даже и начальников отдело переводить в ведущие, что вызовет предсказуемую реакцию), набирать сотрудников-специалистов среднего звена. но начальство тоже живет среди иллюзий и ничего этого делать не будет.

Так, это, конечно, далеко не все, что я могу сказать, но, на сегодня достаточно.
linkReply